Креационизм, эволюция и … невежество

В книге Бытия мы читаем о том, что Бог создал мир и человека. Начинается то, что мы называем «историей». Интересен процесс сотворения человека. Сегодня уже набил оскомину спор креационистов («креацио» — лат. творить, верующих, сторонников исключительно сотворения) и эволюционистов (как атеистов, так и верующих).  Но мне кажется, что эта дискуссия ведётся нечестно. Атеисты-эволюционисты радостно празднуют победу над дремучими верующими (иногда действительно дремучими). Верующие эволюционисты говорят, что Господь создал природу так, чтоб она могла развиваться – ведь именно приказывает «да произрастит земля…». Многие креационисты (особенно так называемые неокреационисты) спешат без объяснений заклеймить оппонентов обезьянами, и делают далеко идущие выводы о том, что любое принятие эволюционизма православным человеком ведёт к отпадению от Церкви. Конечно, есть те, кто пытается обосновать эту точку зрения, но почему-то приводят в пример крайние ситуации, когда люди, набравшиеся внешней учёности становятся атеистами и даже хулителями Творца.

А ведь среди православных богословов, в том числе святых, есть разные мнения. Так, святитель Феофан Затворник после выхода книги «Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться» был обвинён в пособничестве дарвинизму и в своём письме некоему о. Арсению пишет:

«Когда Бог творил человека, то образовал прежде тело из персти. Это тело что было? Глиняная тетерька, или живое тело? — Оно было живое тело, — было животное в образе человека, с душою животною. Потом Бог вдунул в него дух Свой, — и из животного стал человек — ангел в образе человека. Как тогда было, так и теперь происходят люди. Души отраждаются от родителей, или влагаются путем естественного рождения, а дух вдыхается Богом, Который везде есть. — И не понимаю, чем тут смущаться?! Да вы когда говорите, что человек есть животное, мясо ли одно разумеете, или всю животную жизнь? — Конечно всю животную жизнь, и с душою животною. А прибавляя к сему: разумное — что означаете? То, что хотя человек тоже с одной стороны, что животное с душою животною; но с другой — он несравненно выше животного, ибо имеет разум — что совершенно соответствует слову — дух. Сказать: животное разумное есть то же, что сказать: животное одуховленное».

В этой же книге святитель Феофан пишет о том, что без раскрытия в себе Духа человек остаётся животным, на уровне желаний и инстинктов, без поиска высшего. Проблема неверующих эволюционистов в том, что они сводят человека на уровень животных. Тогда как креационистам необходимо учесть действительное наличие в человеке животной составляющей, связанной с его телесной и душевной оболочкой – как телесных нужд, так и того, что биологи именуют инстинктами. Святитель Феофан говорит о тесной связи Духа, Души и Тела и пишет, как правильно рассматривать себя в этой совокупности. Это никак не унижает достоинства человека, но лишь даёт возможность больше задуматься о том, какая составляющая побеждает чаще, как в известной метафоре про двух волков в душе (злого и доброго) – выиграет тот, кого кормишь.

Через полвека, отец Александр Шмеман в своих беседах говорил, что атеизм пытается редуцировать (упростить) человека к земному, низменному состоянию – и вот этого и стоит опасаться. И сегодня мы видим как секулярная «наука» занимается именно этим. Если человек – животное, значит он подчинён инстинктам, а православные только вредят психике, ущемляя естественные желания, придумывая какую-то аскетику. Психология – от греч. «психо» — душа, но места самой душе в такой науке не остаётся.

Мы верим, что Бог сотворил небо (то есть всю Вселенную), землю, людей и животных и всё остальное. Но научные исследования мы не должны отвергать. Иногда необходимо напоминать «научным атеистам», в полемическом запале твердящем «Наука доказала, что Бога нет», что та самая наука ещё сто лет на многие вопросы отвечала иначе, а тысячу лет назад учёные писали совершенно фантастические вещи.

Ещё здесь остро стоит непонимание философии. Студенты многих специальностей воспринимают её как скучные бредни каких-то ископаемых болтунов. Но ведь практически все естественные и точные науки были порождены сознанием именно этих людей! К сожалению, такое отношение связано именно с манерой преподавания этого предмета. А древние и средневековье учёные очень хорошо понимали, что наши суждения о мире, все математические и словесные модели происходящих в нём процессов – лишь приблизительные построения, необходимые для проверки каких-то гипотез или проведения расчётов. Когда человек утверждает, что сегодня наука может в полной мере рассказать о строении атома, и о сущности чёрных дыр, и про причины мутации клеток в организме человека – он либо лукавит, либо не понимает всей сложности, либо вообще не имеет отношения к науке.

В 4 веке святитель Григорий Богослов написал в полном восхищения надгробном слове  своему другу, святителю Василию Великому (автору, между прочим, трактата «Шестоднев»), что всякий человек, обладающий умом, должен признавать учёность благом. Что не нужно презирать дарованные нам Богом объекты материального мира (физическое небо, землю, воздух и всё что на них) только за то, что кто-то воздал поклонение им вместо Творца. Далее святитель добавляет, что из материального мира мы должны взять то, что нам необходимо для жизни и наслаждения, при этом не забывая о Том, кто всё это создал. Затем святой Григорий пишет, что знание огня и железа само по себе ничего дурного не представляет, что в науке можно и нужно позаимствовать исследования и рассуждения, отринув всё, что ведёт к демонам: И наконец, в заключение подытоживает, что тот же, кто унижает учёность – должен быть признан глупцом и невеждой, так как желая видеть всех подобными себе, лишь пытается скрыть недостаток своих знаний и избежать обвинения в невежестве. Конечно, же мудрость святого Василия не помешала ему достичь святости и более того – быть признанным Церковью одним из своих великих Учителей (понятно, что не внешней учёности).

Вопросу сопоставления научного и библейского видения мира посвящены сотни книг, которые написали, в том числе, образованные священнослужители – философы Василий Великий и Григорий Богослов, Иоанн Дамаскин, хирург Лука Войно-Ясенецкий, доктор геолого-минералогических наук протоиерей Глеб Каледа и многие другие.

Необходимо понять только лишь, что эта тема не является краеугольной в деле нашего спасения. Библия, по слову Галилео Галилея учит не как устроено небо, а как него взойти (автором фразы был почитатель его трудов, кардинал Барберини, будущий Папа Римский, но тема «Галилей и Церковь» подойдёт для другого раза).

Книгу Бытия писал Моисей. Он не был астрономом, биологом, не изучал геологию. Господу было необходимо донести через Моисея донести некоторую информацию другим представителям довольно дремучего кочевого народа. При том, что хотя Моисей был образованнее, ибо знал всю мудрость египетскую, но всё же он не смог бы потягаться в знаниях о строении нашей планеты и вселенной даже с нормальным таким современным школьником. Книга Бытия говорит о замысле Божием о мире, человеке, о том что человек был создан царём над этим миром, но пал, и вместе с ним пострадало и его царство. Но Господь понимал, что давая человек свободу, Он даёт ему и повод неправильно распорядиться этой свободой. И Библия говорит о том, что Бог не оставил своё творение и вышел на встречу – дал обетование о Спасителе. Всё это можно почерпнуть уже в книге Бытия.

Поэтому не стоит, по слову св. Григория, пытаться скрыть свою дремучесть, убеждая других отвергать учёность. Вопросы о том, сколько лет Земле и вселенной, был или нет человек когда-нибудь обезьяной — не являются краегольными, если из картины научного мировоззрения не вычёркивать Того, кто сотворил небо и землю, море и всё, что в них, в том числе человека. А если Бог в душе и в голове на месте, то и всё остальное – также.

Добавить комментарий

Войти с помощью: